Владимир Гордеев

Владимир Гордеев

1. Эвита (1996, США) Алан Паркер. Оценка: 8,0 из 10.

Фильм Алана Паркера по одноименному мюзиклу Ллойда-Уэббера сделан в той же манере, что и "Пинк Флойд - Стена", но, поскольку основан на биографическом материале, обладает четко структурированным сюжетом. Вдобавок сценарий написал реалист Оливер Стоун, получивший своего первого "Оскара" в 1976 году за сценарий к биографическому фильму "Полуночный экспресс", также поставленному Аланом Паркером. Мультипликационных вставок в "Эвите" нет. Масштаб задается не нарисованными фантасмагорическими массовками, а массовками живыми. 

История Эвы Перон - это история, ну прямо как из латиноамериканской мыльной оперы. Эва, как "Просто Мария", добилась всего сама. Из грязи запрыгнула в князи. Начав путь наверх с заезжего певца, выступающего в трактире, в итоге она выходит замуж за государственного лидера и становится "выразителем чаяний всего аргентинского народа", а также приобретает международную известность.

До сих пор отношение к Эве Перон неоднозначное. Кто-то считает ее Че Геварой в юбке, а кто-то (как авторы фильма и мюзикла, например), - хитрой карьеристкой и талантливой пиарщицей.

ya videl dyavola

2. Я видел дьявола (2010, Южная Корея) Ким Джи-ун. 8,0.

Ким Джи-ун снял хит "Хороший, плохой, долбанутый", подтвердил статус перспективного режиссера триллером "Я видел дьявола", после чего традиционно был приглашен в Голливуд, снял там боевик со Шварценеггером "Возвращение героя", который провалился в прокате, и замолчал. Молчит уже три года. Глядишь, так и останется Ким Джи-ун в истории синематографа автором "Я видел дьявола"... потому что этот фильм, конечно, примечателен. Разумеется, не сюжетом, ибо ничего нет особенного в истории о поимке маньяка полицейским, у которого с ним свои счеты и который специально ушел в отпуск, чтобы найти и отомстить с такой же изощренностью, с какой тот расправился с его девушкой. Фильм обладает мощным драйвом и зловещестью, - ее тут больше, чем в мистических фильмах ужасов о "настоящих" бесах, дьяволах и чертях. Лучше всего мастерство режиссера раскрывается в сценах невероятно жестоких стычек мента с корейским чикатилой, а их в фильме немало. Тут не такого: пришел, увидел, победил. Потому что герою постоянно кажется, что он недостаточно хорошо отомстил. 

Boogie-Nights

3. Ночь в стиле буги (1997, США) Пол Томас Андерсон. 7,5.

Фильмы Пола Томаса Андерсона вечно "о прошлом". Когда события его фильмов происходят в 70-е, Андерсон теряет привычную мрачность, на его лице расцветает угрюмая ухмылка. "Ночь в стиле буги" - и вовсе довольно жизнерадостная кинокартина, посвященная труженикам порнобизнеса: актерам, режиссерам и операторам.

Классический для Андерсона "фильм-ансамбль", где начинающие и состоявшиеся звезды (Марк Уолберг, Берт Рейнольдс, Джулианна Мур и др.) с азартом изображают реально существовавших порнографов.

3. Печки-лавочки (1972, СССР) Василий Шукшин. 7,5.

Прогрессивный фильм Шукшина, снятый в свободной манере роуд-муви с чуть ли не документальными вставками - зарисовками сельского быта (как в "Истории Аси Клячиной"). От привычных нашему глазу импортных роуд-муви "Печки-лавочки" отличаются тем, что сделаны без претензии и по жанру близки к народной комедии.

4. Ведьмина служба доставки (1989, Япония, мультфильм) Хаяо Миядзаки. 7,5.

5. Макбет (2015, Великобритания - Франция - США) Джастин Курзель. 7,5.

По ходу, Майкл Фассбендер скорешился с австралийцами Джастином Курзелем и Джебом Курзелем, и скоро мы еще увидим что-нибудь в исполнении этой компании. Пока что мы можем увидеть "Макбета" и "Строго на запад". Оба фильма по своему интересны.
"Макбет" в постановке Джастина Курзеля получился зрелищным и, как полагается для классической истории о предательстве, жажде власти и бесовских пророчествах, сумрачным, туманным и кровавым. Деб Курзель написал идеальный саундтрек: протяжный, вязкий, заунывно-погребальный.
Но, конечно, глупо сравнивать картинного "Макбета" Курзеля с "Макбетом" Поланского и, тем более, с "Троном в крови" Куросавы.

6. Баффало'66 (1997, США) Винсент Галло. 7,0.

6. Блеск (1996, Австралия) С. Хикс. 7,0.

7. Одиночество бегуна на длинные дистанции (1962, Великобритания) Тони Ричардсон. 7,0.

8. Строго на запад (2015, Великобритания - Новая Зеландия) Дж.Маклин. 7,0.

Медленный вестерн "не-голливудского" производства, к созданию которого приложил руку Майкл Фассбендер, а также сыграл главную роль. В фильме много красивостей - ради них он и был снят. В конце - красочная перестрелка на аккуратном, словно вырезанном из казуальной игры про какого-нибудь "фермера" пшеничном поле.

9. Две англичанки и континет (1971, Франция) Франсуа Трюффо. 7,0.

10. Тайна в его глазах (2009, Аргентина - Испания) Х. Х. Кампанелла. 7,0.

11. Затмение (2015, Канада - Испания) Алехандро Аменабар. 6,5.

Аменабар вынырнул из небытия с довольно невнятным, но и довольно атмосферным триллером "Затмение", в котором развенчивает регрессивный гипноз (в оригинале фильм так и называется - "Регрессивный", и это лучше, чем избитое "Затмение", потому что "затмений" уже было миллион). В общем, так же как и в "Агоре" Аменабар сражается с мракобесием, но на сей раз при гораздо более скромном бюджете.

12. Двойник дьявола (2011, Бельгия - Нидерланды) Ли Тамахори. 6,5.

Экзотический фильм производства Бельгия - Нидерланды про Ирак эпохи Саддама Хуссейна.

13. Лобстер (2015, Греция - Нидерланды - США) Й. Лантимос. 6,5.

Сюрреалистическая комедия, в которой благополучных белых европейцев, потерявших мужа, жену или там друга/подругу отправляют на 60 дней в санаторий. Если они за 60 дней не найдут себе пару, то их превращают в животных и отправляют в лес. Не заслужили, дескать, быть людьми, вырожденцы! Фильм неплох, но в нем полностью отсутствует интрига: непонятно, что за лобстер заставил режиссера ввести в фильм закадровый голос, который с начальных титров вываливает на зрителя спойлер за спойлером, а в середине фильма походя сообщает, чем все закончится.

14. В сердце моря (2015, США) Рон Хоуард. 6,5.

"Всамделишная" история противостояния китобойного судна и белого кита, художественно описанная в романе Германа Мелвилла.

15. Хватай и беги (2015, США) Р. Пикеринг. 6,5.

Это будет получше, чем "Скауты против зомби", хотя бы потому, что школота в этом фильме более остроумна (а вслед за ней - и сам фильм). В заштатном городишке худо-бедно сосуществуют люди, тупые зомби и вампиры. Между ними существуют трения, взаимная неприязнь, но это перестает иметь значение, когда появляется "внешний враг" - инопланетяне.

16. Багдадский вор (1924, США) Рауль Уолш. 6,5.

Неожиданно обнаружил, что в этом фильме, в свое время поразившем зрителей спецэффектами, показывается фокус с корзиной. Ассистент факира, мальчик, садится в корзину, факир накрывает корзину крышкой и протыкает корзину мечами. Потом достает волшебный канат, который, как змея тянется в воздух и там застывает. По этому канату спускается невредимый мальчик. Подобный фокус Фриц Ланг тщательно обыграл тридцать лет спустя, когда вернулся в Германию, в приключенческой картине "Бенгальский тигр", которую я случайно посмотрел месяц назад.

17. Рискованный бизнес (1983, США) Пол Брикман. 6,0.

18. Обезьяна зимой (1962, Франция) Анри Верней. 6,0.

19. Жертвуя пешкой (2014, США) Эдвард Цвик. 6,0.

Фильм про поединок великих шахматистов - Бобби Фишера и Бориса Спасского. Вопрос, однако, не кто сильнее: а кто параноидальнее?

20. Убрать из друзей (2015, США) Л.Габриадзе. 5,5.

Фильм-эксперимент Тимура Бекмамбетова, по сути, новое слово в развитии кинематографа. Теоретически для съемок такого кино не требуется камера - никакая, ни профессиональная, ни любительская. Достаточно видео-захвата с рабочего стола. Эксперимент удался: при бюджете 1 миллион долларов фильм собрал в прокате 64 миллиона. Теперь Бекмамбетов кинооператорам не друг...

21. Лейтенант Хорнблауэр: Бунт (2001, Великобритания, ТВ) Э.Грив. 5,5.

22. Трамбо (2015, США) Джей Роуч. 5,5.

23. Шпионский мост (2015, США) Стивен Спилберг. 5,5.

24. Шеф Адам Джонс (2015, США) Дж.Уэллс. 5,5.

Новый фильм с Брэдли Купером повествует про ресторан, точнее, про ресторанную кухню, но в центре сюжета, конечно, человек, а не каструля. Помимо Купера, в фильме задействовано немало звезд меньшего калибра: например, Сиенна Миллер, которая тут выглядит не то что страшилищем, а серой мышью.
Эта картина напоминает наш бесконечный телесериал "Кухня": операторские приемы, монтаж - все как на нашей в "Кухне". Причем в плане увлекательности наш продукт получше будет.
Вспоминается и еще один недавний фильм - "Повар на колесах" Джона Фавро (2014). Его продюсировали в том числе и россияне, и он тоже чем-то похож на "Кухню".

25. Ужасный доктор Файбс (1971, Великобритания) Р.Фуэст. 5,5.

26. Как утопить доктора Мрачека (1975, Чехословакия) В. Ворличек. 5,0.

Комедия про современных водяных с интересными спецэффектами.

27. Синистер 2 (2015, США) К.Фой. 5,0.

28. Ребенок Розмари (2015, США, ТВ) Агнешка Холланд. 5,0.

Агнешка Холланд, никогда не снимавшая фильмов ужасов, ввязалась в бесперспективную затею - в соперничество с Романом Поланским. Как и следовало ожидать, она потерпела сокрушительное поражение. Ее гламурные сатанисты (вдобавок действие перенесено в Париж) не идут ни в какое сравнение со зловещими пенсионерами Поланского. Фильм вообще не воспринимается как мистический. В нем нет никакой таинственности, он выхолощен и пуст. 

29. Катынь (2007, Польша) Анджей Вайда. 5,0.

30. Дракула: Принц тьмы (1965, Великобритания) Теренс Фишер. 5,0.

31. Исполнитель желаний (1997, США) Р.Курцман. 5,0.

32. Проект "Динозавр" (2011, Великобритания - ЮАР) С.Беннетт. 5,0.

33. Золотое сечение (2009, Россия) Сергей Дебижев. 5,0.

34. Уж лучше умереть (1985, США) С. С. Холланд. 5,0.

35. Посетители (2014, Мексика) А.Коэн. 5,0.

36. Кукла (Самый обычный мальчик) (2015, США) У.К.Макнейл. 5,0.

37. Ночь страха 2 (2013, США) Э. Родригез. 4,5.

38. Мы не ангелы (1989, США) Нил Джорджан. 4,5.

39. Виктор Франкенштейн (2015, США) Пол МакГиган. 4,0.

Наверное, это худшая экранизация романа Мэри Шелли. Эпическая история превращена в мелодраму о слуге Франкенштейна, Игоре, который, подобно человеку-слону, прожил всю жизнь в балагане и был клоуном, нелепо увлекающимся медициной. Игоря играет Гарри Поттер.

40. 007: СПЕКТР (2015, Великобритания - США) Сэм Мендез. 4,0.

Сериал про Джеймса Бонда становится все унылее и унылее.

41. Сторожевой пост 506 (2005, Южная Корея) Су-чанг Куенг. 4,0.

42. Ночь живых мертвецов (1990, США) Т. Савини. 4,0.

Римейк фильм Джорджа Ромеро 1968 года. В конце 80-х взяли моду - сажать в режиссерское кресло гримеров. Надеялись, видно, сэкономить. Крис Уэлас, гример "Мухи", снял "Муху-2", а постоянно гример Ромеро Савини снял "Ночь живых мертвецов". Что хорошего могло получиться из этой затеи? Конечно, ничего.

43. Гуль / Упырь (2015, Чехия - Украина) П. Якл. 4,0.

44. Пришельцы (2006, США) Э. Санчес. 4,0.

45. Мафия: Игра на выживание (2015, Россия) Сарик Андреасян. 3,5.

46. Стальной рассвет (1987, США) Л.Хул. 3,5.

47. Окровавленные губы (1975, Франция) Ж. Роллен. 3,5.

 

Повторный просмотр:

1. Белое солнце пустыни (1969, СССР) В. Мотыль. 9,0.

2. Стеклянное сердце (1976, ФРГ) Вернер Херцог. 8,0.

3. Они сражались за Родину (1975, СССР) Сергей Бондарчук. 7,5.

 

Телесериалы:

1. Достоевский (2010, Россия, ТВ) Владимир Хотиненко. 7,5.

Отлично сыграл Достоевского Евгений Миронов. Но, мне кажется, читая свои сочинения перед публикой, реальный Достоевский не был столь артистичен.

2. Война и мир (2016, Великобритания, ТВ) Том Харпер. 7,0.

Хорошо подобраны актеры: трогательный Пьер в исполнении Пола Дано, нормальный Болконский, Элен, только Наташа Ростова выглядит как-то провинциально.
Книжку в школе ниасилил, сходу отвратила дьявольски концептуальная задумка автора: половина страницы на французском, а половина - на русском. Дескать, русская элита преклоняется перед всем французским, жеманничает на балах между собой на французском, а французское внезапно объявляет войну.
Поэтому сравнивал фильм не с книжкой, а экранизацией Сергея Бондарчука. Конечно, у Бондарчука фильм сделан гораздо богаче. У Харпера не Бородинское сражение, а какая-то стычка "красных мундиров" со стрелками Робин Гуда в Шервудском лесу. Зато у Харпера герои молодые...

13 February 2016 In Лит. тексты 0 comment

Размолвка

(рассказ)

  В воскресенье вечером Саша Ракитин и его жена Алина вернулись с дачи домой в очень расстроенных чувствах, в каком-то скрытом гневе, поутихшей, но не мертвой ярости. Никогда не бывало в их сплоченной семейной жизни такого, чтобы мелкие случайности, все как одна гадостной природы, безмерно наслаивались друг на друга, – и ни мгновенья радости.

Сегодня молодых супругов преследовали сплошные огорчения: старая крыша времянки, прежде крепко державшая груз, прогнулась под весом выпавшего снега, и швы пошли мягким мокрым прахом. Затопили печку, а вьюшка не дышала, комнаты протопились плохо, и сырость держалась во времянке по-хозяйски вальяжно. От огорчения Саша выпил больше обычного – поллитровую бутылку водки, завалился спать в ватных штанах и куртке, поверх одеяла, поутру сердился на свою несдержанность, но похмельно укорял Алину, почему она не сделала завтрак. Оказалось, что закончился газ, и тут уже винить было некого. Они сами не понимали, зачем поехали на дачу зимой, и каждому казалось, что эта глупая идея пришла в голову кому угодно, только не ему. Хотели покататься на лыжах, но снег отсырел, а нужной мази для лыж у них не было, и тут, ко счастью, зашел на двор приятель Саши – Андрей: с облегчением плюнув на все житейские неурядицы Саша предложил Алине скоротать время в натопленном и ухоженном доме Андрея. Алина сию же секунду предположила, что Саша с Андреем напьются спирта, а ей потом придется тащить их обоих до электрички, и поэтому она осталась дома супить губы и угрюмо тыкать лопатой в крышу, чтобы победить снег. Спирта у Андрея не оказалось, ребята добили полпочатую бутылку коньяка, поговорили о том, о сем, и Саша пошел обратно. Убедить же Алину в том, что он не пьян, ему не удалось, – до перрона добрались с трудом: то и дело Алина хваталась за Сашино плечо, боясь, что он упадет, Саша поскальзывался и падал. Взаимно раздраженные, вернулись они в город, всю долгую дорогу в отмороженном поезде подначивая друг друга, а оттого сильнее обижаясь и застывая гримасами.

История продолжилась и в городе: время было не позднее, пропащие выходные можно было скрасить хоть походом в кино, но возник принципиальный спор – на какой фильм идти. Уставший с похмельного дня, Саша никуда идти не хотел, поэтому с удовольствием «съел с говном» пожелания Алины: ничего-то из репертуара ему не нравилось.

– Да иди ты тогда к черту! – сказала Алина.

– К черту? – мгновенно вскипев, переспросил Саша.

– Да куда хочешь иди, видеть тебя не могу! – сию же секунду отреагировала Алина.

Саша даже не посмотрел на ее раскрасневшееся и от того ставшее чужим лицо, надел ботинки и пальто, схватил какую-то коробку в прихожей, и вышел на улицу.

Там крупными снежинами валил снег. Спиною чувствуя, что Алина смотрит в окно, Саша заторопился прочь.

Идти в кабак не хотелось – завтра на работу, – поэтому, свернув за угол, Саша сильно замедлил ход. Какая-то глупая получилась история. Конечно, пустяшные неприятности шли густой чередой, одна за другой, от пустячка к пустышке, но ведь и в сумме-то должен был получиться пустяк, частичка неурядицы, маленький кусочек всеобщего хаоса, о существовании которого всем прекрасно известно. Сейчас больше всего Саше хотелось вернуться домой – там была Алина, и там был уют, но вернуться он не мог, хотя и не чувствовал в себе прежней ярости, зима охладила его. Был он уверен, что и хвостик запала, торчащий из лисьего копчика хитрой стервы Алины, также погас, – ненависти к нему она более не испытывает, скорей всего, бедная милая сожалеет и корит себя за все гадости, что наговорила ему. Но если бы я не ушел, думал Саша, это продолжалось бы бесконечно: мы подпитывали бы друг друга своими ядами, такими мучительными. Так что он был прав, когда ушел, когда взял – и разрубил запутанный узел. Теперь все кругом спокойны.

Тут Саша заметил, что коробка в руках ему мешает. Он снял отсыревшую картонную крышку. Внутри лежали новые желтые лакированные ботинки с огромными круглыми носами.

Испытывая бесконечное сострадание к Алине, которая терзается сейчас его отсутствием, Саша присел на протоптанной в снегу тропинке и выложил ботинки из коробки. «В конце концов, это действительно глупо, – размышлял он, переодевая обувь. – Я ее люблю, но не могу вернуться. Заколебала эта тяжесть в руках! Ну, хорошо, я пошляюсь маленько, а потом вернусь. Тогда все будут рады, и не придется ничего говорить, потому что от слов – одна беда, и беда эта настолько очевидна, что никто не скажет ни слова».

Саша сел на скамейке, выставив ноги в новых ботинках, с интересом разглядывая их, а когда подошел троллейбус, забрался в яркий салон. Троллейбус медленно тронулся с места. Из урны возле ларька высовывались каблуки его старых, узких, натертых солью ботинок. На носке нового ботинка, откляченного Сашей в сторону, щеголевато блестели маслянистые плевки продолговатых ламп, прикрепленных винтами к потолку. Троллейбус не был случайным, он вез Сашу в сторону Новоизмайловского проспекта, где жил его старый приятель, с которым они не виделись пять лет, с тех пор, как окончили институт. Несмотря на долгий срок, Саша хорошо помнил, что его однокашник всегда проводил свои вечера дома – если не в интернете, то во всяком случае вдалеке от реальной жизни: что-то читал, что-то программировал. Саша не знал, где его приятель сейчас, но интуиция подсказывала, что он на месте, – стареньком своем местечке. А значит, Саша скоротает время за чаем вприкуску с беседой о вечном или каких-то пустяках, которые случились в их пустопорожней жизни за эти годы.

Троллейбус внезапно затормозил. Внутри сашиной головы мелькнула стремительная мысль. Он вскочил и кинулся к выходу, но разочаровался. Ни одна дверь не приоткрылась, причиной остановки был светофор.

– Что же, – с досадой подумал Саша и плебейски плюнул, вдобавок угодив слюной на огромный носок правого ботинка, – я ошибся. Случайность равняется вечности… Вечная случайность… Да подите все к черту!

Саша спрыгнул с мокрой подножки троллейбуса и смачно хрустнул кристалликами льда. Подле кинотеатра маленькими группками кучковались зрители. Саша с неприязнью посмотрел на них, ему не нравились ни их хрустальные улыбки, ни их угрюмые спины. Кинотеатр медленно погибал – довольствовался своим объемом, сдавая его под всяческие распродажи: сегодня там продавались ценные шкуры турецких животных. Заплаканная девушка прошла мимо, уронив горячую слезинку в наст возле левой сашиной ноги. Обойдя крошечный кратер, Саша направился к переулку, глядя на стеариновые света жилого дома. Дом показал ему лживый кусок швейцарского сыра, свой бочок приманки-мышеловки.

Возле деревца гадила маленькая собачка на поводке, – на хозяина или хозяйку, в чьей руке утопал противоположный конец поводка, Саша не обратил внимания.

«В сущности, – подумал Саша, – я думаю о ерунде. Если бы я думал о вечном, каждой мыслью накапливая духовный потенциал, то сейчас бы не разменивался на пустяки. Мне бы и в голову не пришло задуматься о том, почему я размышляю о ерунде».

Саша тяготился своими мыслями и гнал их от себя. Пустяки побеждали своей мелочностью, унижая героя, микрон за микроном опуская его все ниже и ниже, жиже и глубже. «Я против!» - выразила протест духовная сущность Саши.

Мир вокруг него попытался преобразиться: темными картонными коробками с прорезанными отверстиями по бортам пред ним возникли дома, в которых ярко – на густо-черном фоне ночного неба – горела человеческая жизнь. Горела желтым светом электрических ламп. «Ну-ка, ну-ка», - оживился Саша.

Унылый, однообразный мир, представший пару минут назад во всей своей красе, чудесным образом все-таки преобразился: изо всех окон заструился благой свет, каждое окно символизировало чью-то жизнь – не конкретного человека, а целой творожной массы людей, во всех своих страстях, изюминках и различных терзаниях, которые жадно поглощала вечность. Вечность привела к исходной точке, и моментально испугавшись, Саша мигом прогнал вечность вместе с тщетностью прочь. Мир вокруг него съежился до четырех «хрущевок», расставленных по периметру, пятым углом тут пахла своими нечистотами помойка. «Засранцы», – подумал Саша. И плевать он хотел на гармоничность этого прямоугольника, плевать он хотел на гармоничное расположение домов в этом микрорайоне, и так далее. Откровенно говоря, плевать он хотел на гармонию, потому как дошел до нужного ему дома и внезапно оробел перед кодовым замком. Он забыл номер квартиры друга.

Снежинки зачастили, все стало кругом белым-бело. Упав на землю, снег не таял. Саша понял, что попал в ситуацию еще более досадную, чем поначалу, когда ушел из дома. В том, что он ушел из дома, были виноваты они вдвоем, Алина и он, в том, что он пошел в гости и теперь не может попасть в дом, виноват он один. Впрочем, никто не виноват, замка раньше не было.

Положив мокрые пальцы на кнопки, Саша принялся давить их в произвольном порядке. 1-3-5, 0-7-2, 4-8-5. А если надо нажимать не три кнопки, а четыре одновременно? Не отрывая пальцев от кнопок, Саша подумал, что есть и другой вариант: необязательно угадывать код. Кто-то непременно должен прийти, вернуться с дачи, кто-то может выйти, чтобы прогулять собаку.

Но никто не появлялся ни чудесным образом, ни убогим. Саша понимал, что его не ждут даже теоретически, ведь он предварительно не сообщил о своем визите. В том, что он не может угадать код, и даже в том, что на двери оказался вдруг в одночасье кодовый замок, Саше почудился какой-то тайный знак, поданный ему лично, втайне от всех – наверняка ведь жильцы не удивляются тому, что на дверях их дома появился кодовый замок.

Саша почувствовал растущее внутри раздражение, почувствовал нелепость своего положения в глазах прохожих, ему даже показалось, что некоторые из них специально останавливаются чуть поодаль с бутылочками пива в руках, чтобы вдосталь похохотать. Он уже хотел плюнуть на все, сунуть в карманы мокрые руки, и побрести с преступно равнодушным видом к троллейбусной остановке, как вдруг внутри замка что-то глухо щелкнуло. Саша осторожно потянул дверь мизинцем на себя, не отрывая остальных пальцев от замка. Дверь открылась. Саша вошел внутрь, поднялся по бетонным темно-серым ступенькам и вызвал лифт нажатием горелой пластиковой кнопки. Лифт стоял на первом этаже. Саша открыл дверь, зашел в лифт и захлопнул дверь за собой. Нажал горелую кнопку. На четвертом этаже он вышел и нажал новенькую кнопку звонка, принадлежащего двери номер 15. Его охватила странная тревога. Не хотелось ему, чтобы дверь открыл какой-то посторонний человек и сообщил, что семья Тартолевых внезапно съехала. Конечно, Саша ничего не ждал от этой встречи, просто хотел убить время, но и потраченных усилий ему было жаль.

Глазок в обитой коричневом коленкором двери ожил, внутри его мелькнул свет, дверь открылась. Саша и удивился и не удивился: на пороге стоял Толя Тартолев, высокий – на две головы выше Саши – худой, с сильно выступающими надбровными дугами, волевым подбородком и крепко стиснутыми тонкими губами. Он совсем не изменился с тех пор, когда Саша видел его в последний раз. Они невнимательно оглядели друг друга.

– Сашка! – тихо воскликнул Толик.

– Толька!

Саша почувствовал, что оживает. Вялое оцепенение, державшее его последний день, куда-то подевалось. Возможно, когда-нибудь оно и вернется, это оцепенение, скорее всего, даже сегодня, но сейчас Саша не испытывал никакой тревоги, и даже кислый привкус настоящего времени, в которое прокралось и совсем недавнее прошлое, исчез, растворился в глубоком прошлом, а о будущем и не было никаких сил вспоминать: время превратилось в миф-игру, а Саша – в зрителя. Наверное, и Толя тоже.

– Ну, заходи, заходи, – заторопился Толик. – Вот, возьми тапки… Мама! Это Сашка Ракитин, помнишь его? Бабушка!

Саша разулся, надел драные зеленые тапки, снял куртку и повесил ее на крючок вешалки. Посмотрелся в зеркало, вынул из кармана пластмассовую расческу, которую всегда носил с собой, зачесал на макушку влажные волосы, - он помнил, что его здесь привыкли видеть аккуратным. Толя торопил его своим сияющим видом, стоя на пороге гостиной.

Саша помнил эту маленькую двухкомнатную квартирку. Она всегда была опрятной, потому что две женщины в доме, мама и бабушка Толи, тщательно следили за порядком и приучили следить за порядком сына и внука. Бывало, что Саша неумно иронизировал над другом: «Мама смотрит за гостиной, бабушка – за спальней, а ты – за сортиром?». По большому счету, его коробила чистота, наведенная на рабочем месте Толика: завинченный системный блок, стянутые жгутом провода, политые растения на столе и подоконнике, протертые тряпкой монитор и клавиатура, минимум бумажек на столе, минимум скрепок и кнопок, карандаши заточены, стикеры не валяются где попало, конспекты спрятаны в стол (чтоб не украл никто), не упаси господь каких крошек на столе и пустых пивных бутылок под. Эта чистота коробила Сашу потому что сам он, в общем, тоже любил порядок, но никогда за ним не следил. Не мог. Да он вообще многого не мог: быстро решить тройной интеграл, дифференциальное уравнение, доказать теорему Пифагора. Сейчас, конечно, все это не имело никакого значения, даже более того, с удовлетворением отметил Саша, жизнь Толика замерла на прежнем уровне, – он не продвинулся вперед, не опустился вниз, остался таким, каким и был, а ведь приятно наблюдать стабильность, пусть даже кто-то называет ее трясиной, а кто-то традицией.

Комната была ярко освещена. Бабушка сидела за столом, крытым белой скатертью в бледных желтых пятнах, со светлыми тенями, которые оставляли хлебница с печеньями, пузатый заварочный чайник, сушеные ромашки в вазе. Мама Толика сидела на диване близ телевизора. Никто ничего не делал.

Саша поздоровался.

– Здравствуй, Саша, – сказала мама.

– Здравствуйте, Анна Михайловна.

– Как поживаешь, Саша? – спросила бабушка.

– Спасибо, терпимо, – сказал Саша. – А вы как?

– Да как мы живем… через силу, – ответила бабушка, с трудом улыбаясь, чтобы никого не огорчать. – А твоя мама? Все там же работает?

Саша сел на стул возле стола. Его удивило то, что комната выглядит грязновато. Его взгляд обнаружил на полу бесхозный тапок. Потом обнаружилось, что кисти скатерти помазаны какой-то сажей, а верх телевизора пересекают полосы пыли. Опять же пятна на скатерти, да и покрывало на диване смято, всё в больших некрасивых складках.

– Да там не платят ничего, поэтому мама уволилась, сидит на пенсии, – сообщил Саша.

– А… везде сейчас так, – махнула рукой бабушка. Анна Михайловна вздохнула.

– Чаю хочешь? – спросил Толик. – Мы как раз собирались пить.

– Да выпил бы, конечно… – сказал Саша и воодушевленно добавил: – Вообще-то большая ошибка с моей стороны! Столько лет у вас не был! И, знаете, я очень рад, что с тех пор ничего не изменилось!

– Да ничего никогда не меняется, Сашка, – сказал Толик. Он подошел к старой тумбочке, на которой стоял электрический чайник, и с унылым видом утопил кнопку. – Даже когда кажется, будто что-то меняется, на самом деле ничего не меняется.

– Да как же не меняется! – возмутилась Анна Михайловна. – Вон какой Сашка вырос, возмужал. Ты сейчас работаешь где-нибудь?

– Работаю… мучаюсь… – Саша махнул рукой. – Завтра вот снова. Подрядчики, ругань, тупые эти работники… Ужас, одним словом. А куда деться-то? Кушать же хочется.

– Да… да… – бабушка закивала.

– Может, пока чайник греется, пойдем по папироске выкурим? – Толик поднялся с дивана.

– Давай! – поднялся и Саша.

– Бросили бы уже курение свое! – сказала бабушка из-за своего стола. – Мало что ли гадостей на свете!

– Ну вот когда их будет меньше, тогда и бросим. А сейчас-то что? – улыбнулся Саша.

Они с Толей зашли в темную комнату. Толя зажег настольную лампу на секретере и вытащил из ящика пачку сигарет.

– Я думал, у тебя есть, – разочарованно сказал Саша. Он надеялся если не выпить, так хоть покурить. Покурить – даже лучше. И никакого похмелья, только легкая отупелость поутру.

– Да я уже год, наверное, ганджубаса не курил. Нету его. А ты можешь достать?

Саша стушевался.

– Не могу... Были каналы, но заросли. Сейчас вообще плана нет, люди «камень» курят.

– Ну, а если появится, покурим? У меня деньги есть, на пакет хватит.

– Не вопрос!

Толя открывал балкон. Глядя на его высокую нескладную фигуру, Саша подумал, что Толя похож на труп. Не тот, конечно, труп, что лежит в земле, а тот, который ходит по земле, что-то делает, как-то существует, что-то вроде зомби. Будто его запрограммировали, и он теперь выполняет функции, известные лишь единицам, в число которых Толя не входит. Саше привиделась в Толе какая-то излишняя, кощунственная витальность, он будто бы обманул все ожидания. На фоне перемен, коснувшихся что жизни Саши, что жизни толиной семьи (из которой Толя и не подумал уйти), толино существование выглядело чуждым здравому смыслу. Саша не мог как следует сформулировать свою мысль, поэтому, прикурив сигарету и поставив локти на бетонный срез балкона, он спросил:

– Ну что, как дела-то вообще? Чем занимаешься сейчас? Программированием?

– Да. Чем же мне еще заниматься? Кстати, кандидатский минимум на днях защитил.

– Поздравляю. А где работаешь?

– В конторе одной на Балтийской. Техническим, типа, директором.

– Наших видел?

– Никого почти не видел.

– Ну так половина же группы в аспирантуре! По той же специальности, – удивился Саша.

– Не видел. Уж извини. Давно не видел. Раньше пересекались, конечно, мельком. Но ничем порадовать тебя не могу – особых новостей нет.

– А не особых?.. Впрочем, ладно. Пустяки. Ты-то сам как?

– Нормально… Слушай, Сашка, я правда очень рад тебя видеть!

– Да и я тебя тоже.

Бывшие одноклассники замолчали. Попыхивая сигаретами, они смотрели вниз, на белый газон, испещренный следами собак и их калом. Саша плюнул вниз. Толик вздохнул, почесал переносицу.

– Знаешь что, – серьезно сказал он. – Очень многое изменилось. Изменилось так, что даже нет слов.

Очарованный этой фразой, Саша пристально посмотрел в глаза друга, невидимые из-за тени, которую роняли брови, из-за кофеиновой гущи зимней тьмы, из-за густых ресниц.

– Ну, чего изменилось?

– Всё.

– Что – всё? – настойчиво повторил Саша.

– Всё, – растерялся Толик

– Что всё-то? – мгновенно раздражаясь, воскликнул Саша. Во многом себя возненавидев, но не во всем, он уточнил: – Пидором ты что ли стал?

– Да сам ты пидор!

Возмутившись до самых загадочных глубин своей души, Толик швырнул окурок прочь и толкнул дверь балкона.

– Ну, ну, не стоит так волноваться, – язвительно произнес Саша. – Слушай, успокойся. Чего ты суетишься? Ничего страшного не произошло, я уверен в этом. Расскажи уж.

Теперь он совершенно точно знал, что ему ничего не расскажут.

Толик навострил уши.

– Пойдем пить чай, зовут.

Толик сказал спокойно, обыденно, а Саше вдруг стало стыдно. Он осознал, что появился здесь случайно, по какой-то внезапности. Но наверняка Толя тоже понял, что эта случайность – неспроста. Саша знал, что не бывает случайностей, не мог этого не знать и Толя. Где-то там вдали осталась Алина, – из-за отсутствия раздражителя она наверняка заскучала. Ну, пусть поскучает. А сейчас-то что? Неужели бешенство еще не оставило ее? А его? Он посмотрел на Толю и увидел, что тот сожалеет о высказанных только что сомнениях. Толя не солгал, видимо, хотел выговориться. Они оба ни в чем не уверены, и как бы ни хотелось им казаться уверенными, они понимают, что это невозможно.

«Всем хочется выговориться, - подумал Саша, – но разве это возможно, когда перед тобой – мудак, отягощенный проблемами. Как ни тяжело признавать себя мудаком, – с преизрядным пафосом мысленно воскликнул Саша, – но и я – мудак!»

Уже трезвым, смирным взглядом он посмотрел на Толика.

– Ладно, давай начистоту. Мне кажется, я могу тебе помочь смотреть на вещи проще. И, ко всему прочему, мне кажется, что ты делаешь из мухи слона…

– Санек, ты меня, конечно, извини, – Толик насупился. – Но ты, совершенно случайно, не стал геем?.. Погоди!.. Постой! Я вовсе не хотел тебя оскорбить!

Саша расхохотался:

– Да сам ты пидор! Вот идиот!

– Мальчики! Пойдемте пить чай! – открыв дверь в комнату, крикнула Анна Михайловна.

«Нормально поговорили», – подумал Саша.

За столом же пришлось говорить о каких-то событиях, касающихся его личной жизни, и слушать о каких-то событиях, касающихся чужой жизни. Саша хотел что-то присочинить для разнообразия, но поленился. Правду говорить так легко и безразлично. В конце концов речь зашла о совершенно нейтральном, и Саша с трудно объяснимым облегчением вздохнул. Его речь полилась свободно по-соловьиному:

– Толя, читаешь что-нибудь сейчас? Я вот прочел сборник пьес Эжена Ионеско. Знаешь такого паренька? То ля, ха-ха, француз, То ля, ха-ха, румын.

– Знакомое имя, – сказала мама, поддерживая разговор.

– Толя? – сострил Саша. – Гм. Мне кажется, что Ионеско должен быть очень моден в русской интеллигентской среде нашего времени.

Толя с грустью посмотрел на своего одногруппника.

– А я прочел брошюру «Русский апокалипсис», – веско произнес он. – Это, мне кажется, более модно в русской интеллигентской среде.

После мизерной паузы Саша так же веско ответил:

– Полностью согласен с тобой. Но не читал. Это означает, что либо ты, либо я – не имеем отношения к русской интеллигентской среде.

– Я читал Ионеско, – монотонно возразил Толик.

– Значит, мы оба не имеем отношения к русской интеллигентской среде.

– Саша, о чем пьесы Ионеско? – спросила мама. – Я слышала эту фамилию, но не читала.

– Ну, – сказал Саша, – это драматург, который описывает в своих пьесах абсурдность бытия… Например, есть у него одна пьеса, называется «Стулья»… Два старых супруга ждут гостей. Они выжили из ума, и этому посвящен сюжет. В этой пьесе последовательно описывается, как они ждут гостей, и гости появляются невидимыми, приходят в диких количествах, а хозяевам приходится таскать стулья, чтобы всех усадить. Может быть, гости есть, может быть, это только кажется старикам, но они, будучи не в силах преодолеть одиночество, таскают стулья и таскают… а потом поканчивают жизнь самоубийством.

Саша жадно отпил из чашки. Ему показалось, что он не совсем верно отразил суть пьесы, в его изложении она выглядела недостаточно абсурдной. Ерунда, конечно, – обрисовал Саша ситуацию себе, в конце концов, он не литературный критик, просто сидит за столом, покрытым скатертью в жирных желтых пятнах, и поддерживает разговор, но что ему мешало? Всё же: что ему мешало?

– А о чем этот «Русский апокалипсис»? – спросил он Толю.

– Да какая разница! – мгновенно раздражился Толик. И тут же сник.

– Просто интересно, – ответил Саша.

– Просто гнусная книжонка, одобренная патриархом Всея Руси, – задыхаясь, тихо ответил Толик. – О каком-то высшем предназначении русского народа. Об его богоизбранности.

– Так это ж нормально, – сказал Саша. – Сам же понимаешь, что сейчас национальное самоосознание русского человека находится ниже плинтуса. Даже ниже пола… и мужского, и женского.

Он улыбнулся.

Увидев, что он улыбается, бабушка улыбнулась тоже. По-видимому, решил Саша, Толя убит жуткой депрессией, что неудивительно, учитывая его жизнь, которая явно застоялась. Чтобы привнести в этот маленький мирок немного оптимизма, Саша улыбнулся еще шире и по-отечески похлопал товарищу по плечу:

– Это нормальное явление, понимаешь? Наверняка брошюра предназначена для «самых широких слоев населения».

– Для узких.

Саша со всей отчетливостью понял, что Толя так и не вышел из переходного возраста: сидит тут себе, ершится, в произвольной форме у него меняется настроение, того и гляди, начнутся истерические глупости. Наверное, пора прощаться. Он посмотрел на часы.

По чистой случайности он заметил, что и взгляд Толика, по-детски шпионский, бегающий, колючий, замер на пластиковом циферблате настенных часов.

Саша поднялся.

– Анна Михайловна, – прижав руки к груди, обратил он взгляд к матери Толика. – Вы же понимаете, что я человек семейный… я бы с удовольствием задержался еще немного, но, к сожалению, мне пора.

Трясущийся от гнева образ Алины предстал перед его сияющим лицом, и Саша деловито раскланялся в сторону матери Толи и в сторону бабушки. Сашу ждала жизнь, как она есть, – настоящая жизнь.

Его уродливые ботинки стояли в широкой желто-бурой луже. С виноватым видом Саша обулся и завязал шнурки.

Поскольку лифт не подавал признаков жизни, бывшие одногруппники спустились вниз по лестнице. Прикуривая на крыльце сигарету, Саша сказал:

– Ты, Толя, не пропадай.

– И ты не пропадай, – откликнулся Толя. – Спасибо, что навестил.

– Ты тоже навещай! Я никуда не переехал, живем там же.

– Приду, – пообещал Толя.

Они помолчали.

– Ну, я пошел?

– Да, иди.

2.

– Эй, постой!

Саша еще не успел спуститься с крыльца, как Толя подбежал к нему:

– Все же спасибо тебе, – заявил торопливо, – если бы не ты, то, мне кажется, сейчас был бы более неприятный визит нанесен… то есть, извини, твой визит не был неприятным, даже напротив, я очень рад… Но, если бы ты знал, кто бы мог сейчас прийти… вместо тебя.

– Что ты несешь? – немного испугался Саша. – Ты вообще в своем уме?

– Да, да, в своем! Просто мне кажется, что ты вспугнул их.

– Кого – их?

Саша уже был готов вскипеть, но что-то подавляло его эмоции.

– Кого их? – повторил он.

– Друзей семьи. Там есть мелкий противный ребенок, который всюду лезет. Ты любишь детей? Помнишь, когда ты был маленьким, обязательно находился какой-нибудь ребенок, младше тебя, но сын подруги твоей матери, которого непременно приводили в гости, и который непременно совал нос в твои игрушки, ломал их, ты ругался, пытался плакать, но не мог, потому что старше, потому что тебя бы потом заругали… свои же…

– Я примерно понимаю, о чем ты говоришь, – осторожно ответил Саша, отстраняясь. Ему было неловко и неудобно. – Да что за черт с тобой происходит?! – рявкнул он. – Ты же нормальный пацан! Что с тобой случилось? Что за идиотизм?!

– Ничего, – совершенно спокойно ответил Толя. – Со мной ничего не случилось. Но у нас имеется такая запоздалая, если можно так выразиться, семья. В друзьях. Подруга моей матери. Навязчивая еврейская женщина, хорошая подруга, заботливая, но и требующая заботы. У ней маленький сын.

– Тебе приходится с ним играть что ли?

– Не в том дело. Не приходится. То есть приходится, потому что он всюду лезет.

Саша бросил окурок под ноги и растоптал.

– Толик, давай вкратце, в чем дело? Я понял, что у вас в друзьях имеется такая неприятная семья, но причем тут я? Меня интересует именно это: каким образом я вас, и тебя лично, спас? Что с того, что я пришел?

– О, слишком много вопросов, – плавно переходя из состояния покоя в истерику Толя: - Слишком много вопросов для такого простого русского парня, как ты.

Какой-то странный грузный дух загадки облапал Сашу своими щупами. Он и мрачно, и весело приуныл. Но тут же высокомерно объяснился:

– А ты будто не русский! Так шо?

– Потому что если бы не ты, они бы пришли!.. Понимаешь?.. Ты, как таковой, удачное стечение обстоятельств, всеобщее везение. Есть ты – нет их! Понимаешь?

– Я – залог их неприхода.. и не Исхода! – рассмеялся Саша. – Извини…

Глуховатой трелью разлился по внутреннему карману его куртки телефонный звонок.

Саша вырвал из кармана телефон, и на мокрый снег мягко спланировала магнитная карта – плата за метропроезд.

– Алё! – крикнул Саша. Толя нагнулся, чтобы поднять проездной билет.

– Алё! – снова крикнул Саша, потому что Там молчали, а номер был знаком, и очень близко, слюнаво, интимно. Они с Алиной поженились совсем недавно, по их меркам, но так давно…

– Ты где?! – каким-то негромким повизгивающим звуком отозвался телефон. Там что-то случайно хлюпнуло, как на болоте, потом, оправдываясь, скрипнуло как по стеклу:

– Когда домой? Спать пора! Завтра на работу!

И тут Сашу пронзила печаль, всемирная тоска, и каким же жалким показался ему повод, выдуманный там, с той стороны баррикад. Повод, чтобы принять перемирие, которое на протяжении всего уикэнда нетерпеливо ждали обе стороны.

«Ну почему, почему трудно быть искренним? Почему так трудно сказать: мы были неправы оба, почему не сказать первой: вернись, пожалуйста, я тебя люблю…» – мучительно размышлял Саша, тиская в руке телефон.

– Они идут, – мрачно сказал Толя, присовокупив: – Блядь!

Саша угрюмо заталкивал телефон в карман. Толя молча протянул ему проездной, и Саша, не поблагодарив, взял магнитную карту и сунул ее в карман вслед за телефоном.

К крыльцу подходили трое.

Мать семейства, с круглым и упитанным, но морщинистым лицом, близоруко щурилась. Она то ли щурилась, то ли улыбалась, а на руке ее висел маленький, довольно упитанный и очень бойкий мальчуган лет пяти, вертящийся из стороны в сторону, как юла. Следом еле поспевала совсем седая бабушка, одетая теплее всех: в невероятно старой дохе, изъеденной молью, розовом «петушке», толстых рейтузах и ботинках «прощай молодость».

Саша высокомерно и свирепо разглядывал это семейство, но никто не обратил ни малейшего взгляда на него. Все внимание оказалось приковано к Толе.

– Здравствуй, Толик, здравствуй, милый! – мать семейства вцепилась варежками в его шею и зависла в свободном полете на полминуты, не отпуская сына, который все это время болтал ногами в воздухе и вопил:

– Дядя Толя! Ну дядя Толя! Дя!

Притиснутый Толиком к перилам, Саша начал соображать: «А может быть, вот этот шкет – сын Толяна? А эта старая блядь…»

– Тоооля… А это твой друг? – бабушка единственная обратила внимание на жмущегося к перилам Сашу.

–Да, Раиса Исаковна, это мой друг, учились вместе! – выдыхнул Толик.

– Не похож, – стиснула губы бабушка.

– Ну, пойдем, – женщина с ребенком на руке оторвала свое дряблое лицо от толиных щек и потянула входную дверь на себя. – Нас уже, наверное, заждались.

– Дядя Толя, а у тебя появились на компьютере новые игры? – спросил мальчик, прежде чем исчезнуть в подъезде.

Бабушка, еще раз смерив Сашу суровым взглядом, исчезла точно так же шумно.

– Саша, я тебе прошу… – выдохнул Толик, когда был вызван лифт и дружелюбное семейство вознеслось ввысь. – Останься хоть ненамного, а?

Ощущая возле груди тяжесть телефонного разговора, Саша не совсем уверенно ответил:

– Я – с удовольствием. Если у тебя есть выпить. Если нет – можем сдуть в магазин.

– Есть, есть! – замахал руками Толик.

– Забавная семейка, – кивнул в сторону двери Саша. – Сколько?

– Что – сколько?

– Водки сколько? Сегодня, брат, – внезапно оживившись, Саша со всего размаху хлопнул друга по плечу, – я гуляю!

– Ну… я даже и не знаю. А сколько тебе нужно?

– Пойдем, ладно…

С нарочито понурым видом Саша и Толя вошли в квартиру. Там уже вовсю кипело веселье. Ребенок сновал как угорелый по всем углам, прыгая на колени то к толиной бабушке, то к своей, в одной его маленькой округлой ручонке удерживался сладкий кренделек, в другой – шоколадное печенье. Матери вели беседу, расспрашивая друг друга о детях, о социальных льготах, каких-то иных схожих деталях. Толина бабушка мучительно улыбалась, когда мальчик пролетал мимо, задевая ее своими закрылками, и пыталась поддерживать разговор с другой бабушкой, которой хватало одного взгляда, чтобы приструнить несносного шалуна, но чем она не пользовалась.

На столе появилась рябиновая наливка. Толя попросил маму – и смог достать из шкафа поллитровую бутылочку водки с двумя стопками впридачу. Ребята сели пить.

Саша пил по стопке, Толя – дай бог по половинке. «Господи, убогий», – подумал Саша, но Толя действительно был занят делом. То и дело он покрикивал на малыша:

– Миша, присядь хоть на минутку! Хочешь пирожное?.. Тебе чаю долить?

На все вопросы Миша мотал головой и тут же срывался с места. Сперва ему не давал покоя телевизор, – малыш истерзал дистанционный пульт управления до полусмерти. Уже через пять минут страшной пытки телевизор ловил только один канал, да и тот без звука. Потом Миша переключил внимание на диван и сорвал с него покрывало, превратив в ковер. Замотавшись в ковер, он исполнил роль мумии, но столкнулся с цветочным горшком – и победил.

Толина мама, при некотором участии мишиной мамы, собирала с пола осколки, а заодно повествовала о том, как Толя в детстве писался.

Маленький Миша, удовлетворившись видимым миром, тем временем пытался постичь невидимый. Сперва он приоткрыл тумбочку, на которой стоял чайник, а потом вдруг оказался в крепких руках Толи.

– Слушай, хочешь порубиться в классную новую стрелялку? – спросил Толя, изо всех сил сдерживая малыша и поскрипывая на каждой согласной зубами.

– Нет! – своенравно вякнул Миша.

– Отличная игра, тебе понравится! Ты такой графики еще не видел, – убеждал его Толя. – Я сам в нее играл очень долго, все не мог оторваться.

– Ты дурак! – Миша вырвался и, упав на пол, быстро пополз прочь.

– Так и хочется его уебать по голове чем-то тяжелым! – шепотом посочувствовал Саша.

Толик не смотрел на него. Его внимание приковывал маленький злонравный мальчуган, который безостановочно совал нос повсюду. Матери ушли на кухню со своими разговорами, остались только бабки, а Миша, охваченный бесовским азартом, сверкал карими глазенками и хватался своими мягкими ручками с корнишоновыми пальцами за каждую дверцу. Толя вздрогнул, когда мишино внимание привлек старый платяной шкаф, стоящий в дальном углу, прямо возле толиной бабушки.

– Миша! – привстала с места немного парализованная бабушка Толи! – Не лезь туда! Будешь наказан!

Мишина бабушка недовольно насупила губы, и Миша, радостно подпрыгивая, попытался дотянуться до дверной ручки.

Заветная ручка так и осталась недостижима, потому что Толя, сорвавшись с места, схватил Мишу в охапку и понес на кухню, к женщинам, – и маленький живчик, не успев пустить слезу вовремя, так и замер на месте, посреди кухни, сложив руки на животе, на белом своем свитере. Толя схватил со стола наливку и водку, подмигнул Саше, снес выпивку на кухню.

Саша тоже поднялся. Все перед его глазами плыло, уже давно. Он воспринимал все это словно какое-то зрелище, навроде кино. Он был анестезирован алкоголем и совершенно спокоен. Чувства его не были чувствами, окружающими действительность, и точно так же наоборот: действительность не была окружена его чувствами. В ход пошла тяжелая артиллерия – умозрительность.

Поэтому, заняв место на пороге кухни, Саша со всей объективной безжалостностью разглядел там покорного маменькиного сынка – Толю, мерзкого избалованного шпингалета – Мишу, старую кудлатую наседку с какими-то украшательными тараканами в голове – Арину Родионовну, одну мать, вторую мать, мать, мать, перемать, твою мать. Увидал он и какую-то кухню с бухлом на столе, после чего заторопился обратно мелкими приставными шажками. «Зрелищ, – презрительно подумал Саша, – на сегодня хватит». Он приосанился, напряг взгляд.

«И вот ведь странно, – подумал Саша, глядя внутрь гостиной, – то, что там на говно исходит».

Толина бабушка сковырнулась на пол и ползла из последних сил на своих сухих и немощных руках к шкафу. Саша еще сильнее заспешил, чтобы его не уличили в бездействии. Он стремительно натягивал на ступни огромные желтые башмаки, опутанные слишком длинным шнурками, и одним глазом наблюдал за тем, что происходит в комнате.

В то время, как из кухни доносились взрывы натужного смеха, в гостиной стояла относительная тишина. Только скрипнула дверь шкафа.

В глазах у Саши все двоилось, шнурки превратились в змей. Ему показалось, что в глубоком и толстом кармане его куртки опять зазвонил телефон. Раскачиваясь, он выпрямился и сунул руку в карман. Нет, показалось. Совершенно того не желая, он бросил взгляд в гостиную. Толина бабушка поглощала большого плюшевого медведя.

Саша вынул руку из кармана своей собственной куртки. Разинул рот.

Бабушка уже затолкала в глотку медвежью голову. Отвернувшись к занавешенному окну и стоя на коленях, она заталкивала в себя огромную игрушку, и хрипела, хотя старалась не хрипеть. Она тихо вздрагивала, прислушиваясь к звукам с кухни, боясь, что кто-то придет и застукает ее за поеданием медведя, и толкала, толкала в себя плюш. Мишина баба свесила голову и сидя спала на диване.

Медведь уже исчез больше чем наполовину. После одного из своих толчков старуха вдруг опрокинулась спиной на диван, и увидела Сашу. Из ее помятого рта торчали мокрые медвежьи ноги и сломанная вставная челюсть, перевернутые глаза смотрели жалобно и жалко.

Саша бросился в комнату и попытался вытащить медведя изо рта старухи. Старуха замычала в ответ, размахивая тонкими руками, распласталась на полу. В приступе брезгливости, Саша отскочил. Толина бабка набила свой рот медвежьими ногами и замычала снова, выпучив глаза:

– Уаыыии!

Саша схватил ее под руки и взвалил на диван. Последним усилием она запихала в рот остатки плюша и сглотнула, – по горлу, обтянутому старческой тонкой кожей в голубых венках, медленно прокатился комок.

Саша отскочил в сторону, в коридор, и столкнулся с матерью еврейского семейства, наскочившей на него, словно ледокол.

– Осторожнее, молодой человек! – сказала она Саше, который отлетел в сторону и ударился затылком об одну из деревянных завитушек, украшавших большое зеркало в прихожей.

Гости быстро собирались. Запас энергии, питавшей малыша весь день, наконец иссяк. Он вяло тер руками глазами и покорно позволял заматывать себя в широкий колючий шарф.

Когда они уходили и громко прощались, толина бабушка, сидя на диване, лишь слабо помахала рукой – говорить она уже не могла. Не испытывая ни малейшего желания толкаться с гостями в лифте, Саша решил переждать, хотя отчаянно трусил и боролся с позывами рвоты. Этот маленький мальчик пугал его больше. Он сжался в комок за диваном, на котором ерзала бабка, и ловил широко распахнутыми глазами растерянные взгляды Толи и суетливые мимолетные взгляды его матери.

Гости ушли. Пересохшими губами Саша пробормотал:

– Я тоже, пожалуй, пойду.

– Да, Сашенька, извини, что так получилось, – с быстрой виноватой улыбкой-гримасой ответила Анна Михайловна.

– Ничего… Досв…

Саша нехотя поднял голову, чтобы посмотреть в комнату и остолбенел. Голова толиной бабушки была запрокинута, беззубый рот раскрыт. Изо рта медленно и мучительно, маленькими, но упорными рывками вылезала обслюнявленная медвежья голова. Сначала показались уши, потом вся голова. Сверкнув крупными пластмассовыми бусинами глаз, она повернулась вправо, потом влево. Щеки старухи выпучились под давлением плюшевых лап игрушечного медведя, – и вот уже его лапы заболтались снаружи, толкая и сминая бледные губы старухи. Медведь нашел точку опоры – скулы, уперся и оттолкнулся. Уперся и оттолкнулся. Вылез почти наполовину. Толина бабушка, придя в себя, схватила его за голову, вырвала плюшевую тушку изо рта и швырнула на пол. Игрушка издала какой-то детский стон и зашевелилась, разминая члены.

– Зачем ты его съела? – крикнула Анна Михайловна, подбегая к старухе. – Что ты наделала?!

– Миша мог найти… – зашепелявила бабка.

– Но он же ушел! Господи! Мы же убрали его! И что нам теперь делать?!

Анна Михайловна схватилась за голову.

Медведь пополз в коридор, к Толе и Саше. Совершенно ошеломленный, Саша нагнулся, чтобы рассмотреть его. От игрушки неприятно пахло, но все это было так неожиданно, так странно и непонятно, что Саша присел на корточки и ткнул медведя пальцем в спину, пытаясь обнаружить внутри твердые детали какого-нибудь механизма.

– Не трогай! – заорал Толя, но было поздно – медвежья голова извернулась и обхватила Сашин палец беззубым ртом.

Толя пнул игрушку ногой, она отлетела в комнату, мягко ударилась в занавески и скатилась на пол.

– Да чего ты… творишь, – побелевший от страха Саша взволнованно попытался привести мир в равновесие и пригладил волосы. – Это всего лишь игрушка.

К Саше подбежала Анна Михайловна и стала срывать с него куртку:

– Быстро в душ! Ты заражен!

Сашу затолкали в обшарпанную ванную комнату, пустили горячую и холодную воду, сунули в руки жесткую мочалку.

– Три себя как можно сильнее! Хоть кожу сдери! – сказала Анна Михайловна, захлопывая дверь.

Сашины пальцы дрожали, когда он расстегивал пуговицы на рубашке, молнию на ширинке джинсов. Ему показалось, что его волосы, которые он автоматически пригладил грязной рукой, горят, что с них прямо в череп струятся какие-то вредные, опасные для жизни токи. Он быстро шагнул в ванную и дернул переключатель смесителя.

Через десять минут он вышел из душа, красный как кирпичная стена. Медведя нигде не было видно. Физически Саша чувствовал себя неплохо, но и не бодро, что было неудивительно, учитывая потребленный алкоголь. Толя, Анна Михайловна и бабушка с тревогой смотрели на него.

– Ну, как ты? – спросил Толя.

– Нормально, – пробормотал Саша. И тут же, высоко подняв голову, спросил: – А что тут происходит? Что это за медведь? Объясните мне, что за чертовщина тут происходит?

– Ничего не хотим объяснять! Ничего! Незачем тебе знать! – закричала Анна Михайловна, заламывая руки.

В Сашиной куртке глухо зазвонил телефон. Он вытащил его и прислонил к пылающему уху.

– Сашенька, ты живой?! – зарыдала в ушную раковину трубка. – Мне так четко, так совершенно ясно привиделось, что ты едешь куда-то на троллейбусе и попадаешь в аварию! И тебя бьет током, а куском стекла перерезает горло… господи, Саша! Где ты??

– Я у друга в гостях, – ответил Саша, и голос его вдруг сделался отчего-то хриплым. – Мы… мы пьем чай. Я скоро приду… Я ужасно по тебе соскучился, Алина, – добавил он, стараясь говорить как можно более нежно и от того расхрипевшись окончательно.

Саша положил трубку во внутренний карман куртки. Усадив мать на диван, Толя подошел к Саше и попросил:

– Лучше тебе уйти. Поторопись уж, давай...

– Давай! - повторил Толя, заметив, что у Саши плохо получается завязывать шнурки.

– Да, да, конечно… Меня ждут.

Он сбежал вниз по лестнице, загаженной пивными пробками и использованными одноразовыми шприцами, выскочил на улицу, сияющую огнями фонарей. Быстрым шагом прошел мимо пустой троллейбусной остановки. Ходьбе мешали шнурки. Саша вернулся, сел на лавку под козырьком завязывать шнурки, которые тут же уныло свесились с ботинок.

На полпути к дому он увидел троллейбус с поникшими усами. Вокруг суетились люди. Большая фура раскидала южные фрукты по всей дороге, и они тихо хлюпали, когда по ним проносились легковушки. Кабина фуры набычилась, воткнувшись в смятое троллейбуса лицо, и на ледяной ее ступеньке сидел водитель, размашистыми жестами вытирая большим носовым платком с красного лица кровь. У бордюра ничком лежал лузер, из спины несчастного торчал длинный осколок ветрового стекла.

Цвет куртки мертвеца, смешанный с грязью, показался Саше сильно знакомым, и он прибавил ходу, чтобы побыстрее очутиться дома.

2004

1. Васса (1982, СССР) Глеб Панфилов. Оценка: 9,0 из 10.

Бабушка держит внука на руках. За окном парохода проплывают берега, застроенные неказистыми домишками, складами, церквями.
- Это чей пароход? - спрашивает бабушка.
- На-а-аш! - заливисто кричит внук.
- Наш - это значит "ничей", - занудливым голосом отвечает бабушка. - Чей это пароход?
- Мо-о-ой!
Бенефис Инны Чуриковой, которая играет сильную, волевую женщину, - купчиху. Ей не дано дожить до преклонных лет в почете и уважении, как это случалось, порой, с "крестными отцами" из импортного кино. Потому что она окружена беспомощными уродами и жалеет их изо всех сил... а также исходя из своих нравственных и эмоциональных возможностей.
Замечательный фильм по пьесе Максима Горького с неоднозначным мистическим финалом.

kuterma

2. Кутерьма (1998, Великобритания) Майкл Ли. 8,0.

Известный театральный режиссер Майк Ли, сходу ставший снимать известные кинофильмы, сделал фильм про никому не известных, но, тем не менее, реально существовавших английских композитора и либреттиста конца 19 века.
Вряд ли сейчас кто-то из кинолюбителей сможет вспомнить хоть одну оперетту, не говоря уж про композиторов. Лично я вспомнил только Штрауса и Оффенбаха.
Но от творческих мук страдают все примерно одинаково. Про то и фильм.
Героев фильма вдохновляет на дальнейшее творчество заезжий японский театр. Они задумывают оперетту в японском стиле.
Персонажи фильма Ли - живые, оригинальные, но сам фильм сделан в стиле оперетты, как и полагается жанру, добродушной и насмешливой.

lastdetail

3. Последний наряд (1973, США) Хэл Эшби. 8,0.

Хэл Эшби, конечно, один из самых интересных американских режиссеров 70-х (после Копполы, Спилберга и Лукаса). "Последний наряд" своей нарочитой ироничностью схож с "Челюстями" и "Звездными войнами". Герои фильма конвоируют более юного коллегу из военной части в военную тюрьму. Чувачок - клептоман, украл 40 долларов пожертвований. По пути, оказавшись на гражданке, все трое расслабляются, их почти поглощает этот "хорошо знакомый для старожилов" мир, о котором даже "старожилы" знают только по собственным воспоминаниям и представлениям, как там все должно быть. Фильм представляет собой концентрированное (голливудское) роуд-муви.

4. Не тот человек (1956, США) Альфред Хичкок. 7,5.

Сильный фильм с выразительной игрой Генри Фонды. От историй со слежкой и шпионажем, Хичкок в этом сюжете переходит к поимке и упеканию за решетку. 

5. Стажер (2015, США) Нэнси Мейерс. 7,0.

Ловко сделанная умилительная комедия, в которой затосковавший от унылой жизни пенсионер Роберт де Ниро, бывший вице-президент конторы, которая издавала телефонные справочники, устраивается стажером в "молодую, динамично развивающуюся" интернет-компанию под руководством Энн Хэтэуэй.

6. Легенда (2015, Великобритания - США) Брайан Хелгеленд. 7,0.

7. Черная месса (2015, США) С. Купер. 7,0.

8. Двое в городе (1973, Франция - Италия) Хосе Джованни. 7,0.

9. Голос улиц (2015, США) Ф.Г.Грэй. 7,0.

10. Сокол и Снеговик (1984, Великобритания - США) Джон Шлезингер. 6,5.

11. Опасные пассажиры поезда 123 (2009, США - Великобритания) Тони Скотт. 6,5.

12. Кочевники (1986, США) Джон Мактирнан. 6,5.

Дебютный фильм Джона Мактирнана, причем сделанный на высоком уровне. Из него прет унылое "восьмидесятничество", но это никак не противоречит сюжету. Ибо кочующие демоны подстраиваются под маргиналов любых эпох.

13. Визит (2015, США) М. Найт Шьямалан. 6,5.

Удачный эксперимент Шьямалана в стиле "мокьюментари".

14. Хористы (2004, Франция) К. Барратье. 6,5.

15. Наследники (2015, Россия) Владимир Хотиненко. 6,0.

16. Королевский роман (2012, Дания - Швеция - Чехия) Н.Арсель. 6,5.

17. Агата (1979, Великобритания) Майкл Эптед. 6,0.

Мелодрама про Агату Кристи и Дастина Хоффмана.

18. Седьмая жертва (1943, США) Марк Робсон. 6,0.

19. Мертвые пледов не носят (1982, США) Карл Райнер. 6,0.

20. Пэн: Путешествие в Нетландию (2015, Великобритания - США) Дж. Райт. 6,0.

21. Дневник полярной экспедиции (2005, Южная Корея) Им Пхиль-Сон. 6,0.

22. Белый плен (2005, США) Фрэнк Маршалл. 6,0.

23. Смерть на похоронах (2007, Великобритания - США) Фрэнк Оз. 5,5.

24. День мертвецов (1985, США) Джордж Ромеро. 5,5.

25. Попай (1980, США) Роберт Олтман. 6,0.

26. Иррациональный человек (2015, США) Вуди Аллен. 5,5.

27. Бенгальский тигр (1959, ФРГ - Франция - Италия) Фриц Ланг. 5,5.

28. Омерзительная восьмерка (2015, США) Квентин Тарантино. 5,5.

Ну, это реально скучно. Вымученный, без привычного для Тарантино задора снятый фильм. Впрочем, этого самого "задора" не было и в "Джанго", осталась только какая-то выхолощенная комиксоидность. В "восьмерке" дела обстоят еще хуже. Похоже на какой-то дурной театр.
Хотя, вроде, актеры стараются - все как надо... И экран широкий.

29. Дороти Миллс (2008, Ирландия - Франция) А. Мерле. 5,5.

30. Разбогатей или сдохни (2005, США) Джим Шеридан. 5,5.

31. Вторжение (2009, США, ТВ) К.Ранкин. 5,5.

32. Сукияки-вестерн Джанго (2007, Япония) Такаши Миике. 5,5.

33. Ужастики (2015, США) Р.Леттерман. 5,0.

Суетливый вздор, зато в 3D.

34. Фантазм 2 (1988, США) Дон Коскарелли. 5,0.

35. Последний охотник на ведьм (2015, США) Б. Эйснер. 5,0.

36. Повелитель зверей (1982, США - ФРГ) Дон Коскарелли. 5,0.

Дона Коскарелли допустили до относительно среднего бюджета, и он в один год с "Конаном-варваром" снял почти что идентичный фильм. Причем оператором был Олкотт, оператор Стенли Кубрика. Фильм, однако ж, выглядит весьма убого. Единственный положительный момент, - стало ясно, что Коскарелли любит животных.

37. Тонкий человек (1934, США) В.С.Ван Дайк. 5,0.

38. Проклятая (2009, США) Л. Бердехо. 5,0.

39. Он - дракон (2015, Россия) И. Джендубаев. 5,0.

40. Ночь Варенны (1982, Италия - Франция) Этторе Скола. 5,0.

После того, как посмотрел "Ночь Варенны", вскоре скончался и Этторе Скола, один из моих любимейших итальянских режиссеров. Хотя этот фильм трудно занести ему в актив. Удивительно, насколько различны его фильмы, сделанные в одинаковой манере и, по сути, одинаковые по сюжету - "сказка странствий": "Ночь Варенны" и "Путешествие капитана Фракасса" (1990).

41. Смешанные (2014, США) Фрэнк Корачи. 5,0.

42. Мой кровавый Валентин (2009, США) П.Люссье. 5,0.

43. Паранормальное явление 5 (2015, США) Г.Плоткин. 5,0.

44. Иерей-сан: Исповедь самурая (2015, Россия) Е. Баранов. 5,0.

Наверное, трудно было снять более предсказуемый фильм.

45. Присутствие (2010, США) Т. Провост. 5,0.

46. Иерусалим (2015, Израиль) братья PAZ. 4,5.

Впервые увидал израильский фильм ужасов.
Пролог - нормальный, соответствующий мистическому хоррору средней руки. В Иерусалиме находятся врата ада, откуда могут прилезть мертвецы. Иногда они прилезают. Про одного из таких мертвецов и повествует пролог.
Потом начинается "действие". Две овцы едут из США в Израиль развлекаться. Причем привычные глазу кенозрителя похотливые похождения овец разбавляются туристическими видами Иерусалима, рассказами о происхождении тех или иных кварталов, словом, зрителю предлагается целая экскурсия. Думаешь, когда уже начнется мистика и мертвецы полезут из ада? Не каждый дождется этого момента... Ну, а потом они все-таки полезут - в умеренном, конечно, количестве, и, как это обычно водится в дешевых фильмах, за кадром.
Авторы придумали нестандартный подход: сняли "мокьюментари", "субъективное" кино не через "киноглаз" - как все снимали доселе: посредством кино- или видеокамеры. А через очки виртуальной реальности, которые на глазах у главной героини. Типа, как будто очки - это не очки, а видеокамера. Или как будто съемочная группа фильма превратилась в микробы и оккупировала линзы, чтоб снять свой мегафильм ужасов. Поэтому когда героиня фильма по пьянке падает с гамака, и у нее с морды слетают очки, - то зрителю ничего не видно.

Наверное, это намек: не покупайте очки виртуальной реальности, будь то очки эппл, будь то очки гугл. Ибо все, что вы увидите через них, будет записано и передано в ЦРУ.

47. Скауты против зомби (2015, США) К. Лэндон. 4,5.

48. Джек Брукс (2007, США) 4,5.

49. Рождественская сказка (2008, Франция) А. Деплешен. 4,5.

50. Баба Яга (1973, Италия) К. Фарина. 4,0.

51. Ранчо "Скайуотер" (2012, США) Д.МакГинн. 4,0.

52. Семь дней до смерти (2000, США) С.Нимэнн. 4,0.

53. Филадельфийский эксперимент (2012, США, ТВ) П.Зиллер. 4,0.

54. Фантомы (2008, США) М.Отиай. 4,0.

55. Санаторий призраков (2013, США) Б. Серсен. 3,5.

56. Охотники на демонов (2012, США) Дж.Т.Петти. 3,0.

Дебиловатая пародия на фильмы типа "Экзорциста", которая запоминается только тем, что одного из главных бойцов экзорцистического фронта исполняет злой горец из "Горца" (1986).

57. Страх.ком (2002, Германия - Великобритания) Уильям Мэлоун. 2,0.

Телевизионное:

Фарго. Сезон 2 (2015, США) 8,5.

Шерлок: Безобразная невеста (2016, Великобритания) 6,5.

Повторный просмотр:

Крепкий орешек (1988, США) Джон Мактирнан. 8,5.

У этого фильма прекрасный, на мой взгляд, сценарий. А также монтаж. Удивляет то, что при просмотре в кинотеатре в 1991 году (на пленке как раз-таки, а не "видео-на большом экране") фильм запомнился в совсем других тонах. Фильм был технологичным, - то есть, "синим". А теперь воспринимается как "красный".

Князь тьмы (1987, США) Джон Карпентер. 8,0.

Конан-варвар (1982, США) Джон Милиус. 7,0.

Как раз тот момент, чтоб сравнить кино с литературой и, наконец-то, с полной уверенностью заявить: литературный первоисточник в подметки не годится киновоплощению (и по сюжету, и по замыслу).

Робин Гуд: принц воров (1991, США) Кевин Рейнольдс. 6,5.

Памяти Алана Рикмана просмотр посвящается... Хотя, по правде говоря, пересмотрел до.

В этом списке фигурируют 25 лучших фильмов, просмотренных мной в 2015 году. Также я назову лучшего режиссера, актеров, сценариста и т.д. Фильмы, вышедшие в прокат только в 2015 году, особенно не выделяются: у меня тут честная конкуренция!

20 лучших фильмов

damned main

1. Гибель богов (1969, Италия - ФРГ) Лукино Висконти. 10,0 из 10,0.

2. Безумный Макс: Дорога ярости (2015, Австралия - США) Джордж Миллер. 10,0 из 10,0.

3. Земля обетованная (1974, Польша) Анджей Вайда. 9,5.

4. Рождение (2004, Великобритания - США) Джонатан Глейзер. 9,0.

5. Последнее танго в Париже (1972, Италия - Франция) Бернардо Бертолуччи. 9,0.

6. Дон Кихот (1957, СССР) Григорий Козинцев. 9,0.

7. Шахматисты (1977, Индия) Сатьяджит Рей. 9,0.

8. Возвращение Мартина Герра (1982, Франция) Даниэль Винь. 9,0.

9. Плохой хороший человек (1973, СССР) Иосиф Хейфиц. 9,0.

10. Голубой ангел (1930, Германия) Йозеф фон Штернберг. 9,0.

11. Жить (1994, Китай) Чжан Имоу. 8,5.

12. Холодные закуски (1979, Франция) Бертан Блие. 8,5.

13. Жертвоприношение (1986, Швеция - Франция) Андрей Тарковский. 8,5.

14. Кингсмэн: секретная служба (2015, Великобритания) Мэттью Вон. Оценка: 8,5.

15. И твою маму тоже (2001, Мексика) Альфонсо Куарон. 8,0.

16. Танец реальности (2013, Чили - Франция) Алехандро Ходоровски. 8,0.

17. Призраки Энфилда (2015, Великобритания, ТВ) Кристофер Ньюхольм. 8,0.

18. Пленницы (2013, США) Денни Вильнев. 8,0.

19. Туз в рукаве (1951, США) Билли Уайлдер. 8,0.

20. Робот по имени Чаппи (2015, США) Нил Бломкамп. 8,0.

21. Станционный смотритель (1972, СССР, ТВ) Сергей Соловьев. 8,0.

22. Исход: цари и боги (2014, США) Ридли Скотт. 8,0.

23. Окраина (1998, Россия) Петр Луцик. 8,0.

24. За пригоршню динамита (Италия - Испания) Серджио Леоне. 8,0.

25. Ресторан Элис (1969, США) Артур Пенн. 8,0.
 

Лучшие телесериалы

1. Фарго. Сезон 1 (2015, США) 8,5.

2. Раскол (2011, Россия) Николай Досталь. 8,0.

3. Викинги. Сезон 1 (2013, Ирландия - Канада) К.Джиротти, К.Доннелли и т.д., 8,0.

 

Лучший режиссер

mille2

1. Джордж Миллер («Безумный Макс: Дорога ярости»).

4-й фильм по счету в этой вроде бы давно остывшей эпопее... Но это совершенно новый фильм. Более того, это совершенно новый формат жанра, на который сейчас будут ориентироваться все, кто снимает экшн.

2. Лукино Висконти ("Гибель богов")
3. Бернардо Бертолуччи ("Последнее танго в Париже")
4. Джонатан Глейзер ("Рождение")
5. Альфонсо Куарон ("И твою маму тоже")

 

Лучший актер

yan

1. Эмиль Яннингс («Голубой ангел»)

Яннингс меня поразил еще со времен "Фауста" Мурнау, где играл черта. Тут новая вершина: оперетточный сюжет превращается в крутое кино, благодаря именно игре Яннингса.

2. Марлон Брандо («Последнее танго в Париже»)

 

Лучшая актриса

teron2

1. Шарлиз Терон («Безумный Макс: Дорога ярости»)

Много было сказано об актерских талантах Шарлиз Терон, много ей вручалось премий, пятое-десятое, но именно в этом боевике она сделала живой ходульную роль, где ей полагалось только размахивать обрубком руки, бухтеть пару слов в кадр и меняться местами с дублерами.

2. Николь Кидман ("Рождение")

Лучший оригинальный сценарий

damned

Никола Бадалукко, Лукино Висконти, Энрико Медиоли ("Гибель богов")

 

Лучший оператор

Fury-Road

Джон Сил («Безумный Макс: Дорога ярости»)

 

Лучший композитор (только фильмы 2015-го)

duke

Cat's Eye («Герцог Бургундии»)

 

Лучшие спецэффекты

star wars

«Звездные войны: Пробуждение силы»

Сейчас появилась новая задача: как сделать так, чтоб спецэффекты действительно казались спецэффектами, а не наоборот, как это было в 90-х.

 

 

Худшие фильмы 2015 года (новые)

"Пирамида" (США)
"Спецвычислитель" (Россия)
"Джон Уик" (США)
"Кровавая леди Батори" (Россия)
"Сапожник" (США)
"Железная хватка" (Великобритания)
"Из темноты" (США - Колумбия)
"Секретный эксперимент" (США)
"Последние рыцари" (Чехия - Южная Корея)
"Монстры 2: Темный континент" (США)
"Зона 51" (США)

Чуете, даже от названий фильмов веет какой-то затхлостью, какой-то темной второсортностью?

Ну, кроме "Сапожника"... Хотя и тут вспоминаются рассказы уж не помню кого из классиков, - про слепых сапожников, которые сидели в своих подвальных помещениях круглые сутки, скудные барыши обменивали на водку, но денег не хватало, поэтому закладывали последнее шмотье - и тогда уж тем более не могли выбраться из своей норы...

Я - в социальных сетях

Контакты

E-mail: vl

Skype: vgordeev_vbv

Разное

logo s